меня пальцем, это одно, а если подходят интеллигентные люди и просят автограф — другое. Моя реакция соответствует обстоятельствам.
А если в такой момент вы неважно чувствуете себя или выглядите?
Это издержки профессии. И к этому нужно относиться с пониманием. Каждый поступающий в театральный вуз жаждет успеха. И если он к нему в той или иной форме приходит, грех жаловаться, потому что успех в любую минуту может от него и отвернуться.
Вы поступали в разные теат­ральные училища или в одно? И было ли у вас в детстве увле­чение театром: театральные кружки, студии и т.д.?
Да, я одновременно поступал в ГИТИС, «Щуку» и во МХАТ. Везде слетел с конкурса, а потом благодаря повторному прослушиванию у Авангарда Николаевича Леонтьева (за что я ему бесконечно благодарен) все-таки поступил в Школу-студию при МХАТ. Но впоследствии перевелся в «Щуку». А в школе у нас был замечательный театр под названием «Фантазия», которым руководил Вадим Злотников. Я учился в экспериментальной школе при Академии педагогических наук под руководством Александра Наумовича Тубельского. Он помогал детям понять, что они любят. В одном и том же классе один ребенок мог уделять большее количество времени химии, а другой — литературе. Я больше всего любил литературу и математику.
Как странно...
А по-моему, вполне нормальное сочетание. Потом мы с Вадимом Злотниковым волею судеб стали однокурсниками. Только он учился в режиссерской группе, а я — в актерской.
Ваши родители имеют отношение к искусству?
Нет. Мама — психотерапевт, папа -лингвист.
Вам как-то помогало в актерской профессии то, что мама психотерапевт?
Мама в первую очередь мама. А профессия, которой она занимается, не может ни мешать, ни помогать. Как хирурги не могут оперировать своих близких, так и профессиональные навыки и умения, которыми обладают родители психотерапевты, с моей точки зрения, не применимы в личной и семейной жизни. И наше с мамой общение строилось именно как общение
 <<назад                            1 2 3 4 5 6                     читать дальше>>