- Ваш герой, Сергей Петрович Камышев – человек, попавший в замкнутый круг неверия и бессмысленности жизни. Он отчаялся или все же ищет выход?
      - Это сложный вопрос, и однозначно на него ответить нельзя. Человек – разновекторное животное. Одновременно со жгучим желанием жить в человеке присутствует инстинкт самоуничтожения. Да, он попал в ловушку из гордыни, неверия, алкоголизма, безбожия. Хочет ли он вырваться? Конечно, хочет. Но дело в том, что за стенами его кошмаров – жизнь, которую он боится еще больше. Камышев прячет себя от мира, но сидит он в этом мешке без кожи. У нас очень интересная была история с афишей. Мы предлагали театру много вариантов, начиная с фотографий Брессона (Анри Картье-Брессон (1908-2004), выдающийся фотограф XX века – прим. автора), которые абсолютно отвечали внутренней раздвоенности, стертости взгляда Камышева на окружающий мир. Но театру они не нравились: им нужно было лицо исполнителя. И вдруг совершено неожиданно мы пришли к довольно простой и ясной с точки зрения мысли афише, сделали ее за пятнадцать минут. Это прыжок в пропасть, во время которого Камышев не зажмуривает глаза. Очень точная интонация того, что происходит с этим человеком. Он летит в пропасть, но он до конца будет с интересом наблюдать за падением, пока его голова не будет разбита о камни внизу..
       - У него есть надежда на возрождение?
     - В конце, когда Камышев вспоминает о том, что он сделал и, казалось бы, вот сейчас должен испытать чувство раскаяния и ужаса, он прячется за очередной маской безумия. Он опять убегает от Бога, от раскаяния, от примирения с самим собой. Никакого будущего, к сожалению, у этого человека нет. Мы с Антоном не поклонники чернушных спектаклей, для нас «кишки ради кишок» – не цель в профессии. Но в данном конкретном случае почти медицинское отсутствие надежды в конце для зрителей полезнее, чем сладкий пряник. Мы не пошли дурным сериальным путем, когда в завершении обязательно нужно показать лучик света в темном царстве. Мы осмелились сделать это и, с моей точки зрения, абсолютно правы. И идем мы к финалу, не подразумевая наслаждения от показа внутренних нечистот Камышева. Нет там наслаждения – там один сплошной ужас и мука..
       - Что Вам лично помогает не угодить в состояние Камышева?
<<назад                            1 2 3 4 5 6 7                          дальше>>