театрального периода?
- Эк вы меня по периодам разложили... Две работы, которые я продолжаю играть и которые мне наиболее интересны, даже не с точки зрения актерской игры, а с точки зрения глубины спектакля, - «Безотцовщина» и «Петербург». Оба спектакля Сергея Голомазова продолжают идти в двух московских театрах.
- Когда после театра вы вдруг попали на телевидение, не стали ощущать себя «мыльным актером»?
- Нет. Дело в том, что у нас нет этого кастового разделения. На Западе есть актеры большого кино и есть актеры сериалов и мини-сериалов. Многие, начав с «мыла», потом дорастают до настоящих фильмов, а если возвращаются, то уже в другом статусе. Как, например, Брюс Уиллис, которого пригласили сыграть в сериале «Секс в большом городе» уже в качестве суперзвезды. В России этого разделения нет, поскольку как таковая отсутствует индустрия, объединяющая кино и телевидение, которые у нас существуют отдельно, каждое - в своем микромире. Взять ту же «Бедную Настю», где были заняты и девушки из модельного бизнеса, и такие гиганты советского кино, как Филиппенко и Остроумова. У нас не зазорно ничего - ты только делай все на пределе своих возможностей.
- Ваше поколение актеров чем-то отличается от старой советской школы?
- Мне сложно судить, потому что я в нем живу. Мало того, я не совсем понимаю, к какому поколению я вообще отношусь. Являюсь ли я «дитем», не знающим многотысячных парадов на Красной площади? Нет, я это все помню... Пожалуй, меняется сама органика актерского существования, как меняются и режиссура, и манера снимать.
- Кем бы вы хотели запомниться: телезвездой, актером театра, кино?
- Любой актер, как и любой человек искусства, живет в иллюзии, стремится остаться в вечности. Но целлулоид трескается, спектакли забываются... Пленка живет 50 лет. А что такое 50 лет по сравнению с вечностью?
- Но прошло уже 90 лет, а мы смотрим Чаплина...
- Чаплина смотрим, а Бастера Китона уже почти забыли. Любое
<<назад                           1 2 3 4 5 6                       читать дальше>>