А я не знаю как. У меня все открывается. Это написано на страничке пользователя с ником arseniy__semenov Может быть попробуешь его найти?
lar wrote:Аленушка, если поможет, то вот текстовая ссылка
lar, благодарю. Но не помогло. Ошибка 401. Не удалось найти запрошенный URL на этом сервере.
lar wrote:Может быть, потому, что ссылка взята со страницы блогера в Facebook. У меня там аккаунт; возможно, поэтому у меня проблем не возникло
Я тоже есть в ФБ. Видимо, дело в чем-то другом. Пользуюсь уже несколько месяцев компом сына, у него он более современный, чем мой старичок. И проблемы теперь возникают реже. Значит дело и не в старом программном обеспечении.
lar wrote:Билеты продаются действительно не слишком активно. Предположу, что по причине «тяжести» пьесы и некоторого несоответствия... даты ее премьеры атмосфере предновогоднего времени.
Ну зато она соответствовала старту года театра в России.
lar wrote:и не очень, с точки зрения соотношения « публика- касса».
Думаю, что в театре и не рассчитывали на аншлаги (ну разве что на премьере). Да и материал действительно тяжеловат для неподготовленного зрителя и для того, кто пришел отвлечься от проблем, отдохнуть. Но ходить на спектакль, полагаю, будут.
"Никогда не спорь! Стой на своем и точка." (Б.Шоу)
"Я есть и имею право думать так, как думаю." (ДС)
"Главное - не врать самому себе и не задерживаться там, где тебя не хотят видеть"(ДС)
Отзывы, конечно, нужно писать по свежим впечатлениям - что я и делаю... на бумаге. Но разместить смогу только, когда буду дома, потому что размещать большой текст с телефона очень неудобно. А отзыв, полагаю, будет немаленьким.
Валя, Анита, а мешки мусорные не слишком мешали? Так странно смотрятся, вообще непонятно. Странное какое-то ощущение возникает. Намеренное опрощение, нивелирование некой классической высокости, которая присуща действительно грандиозным, глобальным шекспировским пьесам ? Для чего именно такие мешки? Как вам показалось?
Настасья удивила, кажется такая попсовая, но на фото такое лицо, такие эмоции. Браво.
А нельзя ли до больших академических отзывов пару словечек о ваших эмоциях? По простому, быстренько. А то терпения не хватает
Диана, мешки не мешали, они - часть действа, несут свою смысловую нагрузку. И с моей точки зрения они не упрощают высокость (хотя не совсем поняла, что ты под этим термином имеешь в виду), а символизируют убитых Макбетом и по его приказу.
Писать отдельные мысли не хочу, потому что тогда не будет полноценной картины. Совсем коротко и просто я написала в своем первом посте после просмотра.
vak wrote: ...с моей точки зрения они не упрощают высокость (хотя не совсем поняла, что ты под этим термином имеешь в виду)...
честно говоря, я тоже : Шекспир - это "стейк с кровью", а не "пирожное безе" , а его вечная актуальность обусловлена его снайперским попаданием в "архетипические мотивы". имхо
"Никогда не спорь! Стой на своем и точка." (Б.Шоу)
"Я есть и имею право думать так, как думаю." (ДС)
"Главное - не врать самому себе и не задерживаться там, где тебя не хотят видеть"(ДС)
Это не я, это Белинский , правда о другой пьесе Шекспира: "Гамлет» представляет собою целый отдельный мир действительной жизни, и посмотрите, как прост, обыкновенен и естественен этот мир при всей своей необыкновенности и высокости".
Спасибо, Валя. Будем ждать. Нам терпения, а вам хороших выходных
Итак, мы с Валей действительно были и видели. )
И вот мои впечатления, но снова предупреждаю, что это НЕ рецензия, а именно впечатления от увиденного, и мое абсолютное ИМХО.
Хочу ли я еще снова «вот-прям-щас»? Пожалуй, вот прямо скоро – нет. Это тяжело. Будут ли ходить люди на этого «Макбета»? Не знаю. Не берусь судить. Хотя, конечно же – долгой жизни спектаклю! И дело не в том, что он до чего-то там «не дотягивает», это хороший спектакль. (Не буду бросаться «ахами-охами» и «да это на «Золотую маску», завтра же!!», но правда – хороший) Дело в самой пьесе. Она не зря считается одной из самых мрачных пьес Шекспира. И спектакль по ней никак не может быть другим. О «светлом» прочтении даже не будем говорить. Нельзя это «светло» прочесть. На этом спектакле даже всласть не поплачешь над участью героя. Давящая атмосфера не дает этой возможности. Думаю, что так и на всех «Макбетах». А кто же хочет погружаться в стихию морока и мрака?
По-моему, величайшая ошибка воспринимать шекспировские пьесы как «романтику». Шекспир является «весомо, грубо, зримо». Шекспир – это грязные пальцы Гамлета, просунутые сквозь пустые глазницы Йорика. Это разъедающий пот под железным шлемом, это запах кожаного седла и ржавчина от крови на мече, это скользкая глина, которую солдаты месят сапогами, это черная жирная кладбищенская земля. И это ни на вот столько не романтично, когда всерьез. А у Шекспира всерьез. И уж если мрак – то в нем нет места для облегчающего всхлипа, он давит.
И в спектакле это начинается с визуального решения. То сцена щетинится углом серокаменного замка (художник-постановщик Николай Симонов сделал легкий, но четкий намек на Средневековье), то кувалды грохочут о металл, то с потолка рушатся тяжелые цепи… А персонажи… я даже не ясно помню, как одеты, потому что поначалу на глаз они сливаются в темно-серую линию. Они словно дикторы, читающие «Новости» - почти бесстрастно и четко сообщают о победе и героизме Макбета. А Макбет…
Макбет действительно жив лишь внешне. Он отдал этой войне всё до точки. Он выхолощен войной. У него нет больше сил на жизнь. Единственный для него выход – умереть. Но от самоубийства его удерживает… Банко, оказавшийся рядом? Призрак девочки, явившийся в последнюю секунду? Где явь, где сон, где бред?..
Почему «Макбет в мусорном мешке»? Черные мешки для мусора связаны со смертью, тленом, преходящестью всего на свете, неважностью «благ». В черном мешке, как мы знаем, везут в морг покойников. Некогда важные вещи в итоге оказываются на свалке – в прямом и переносном смысле – а значит, попадают в мусорный мешок. Блага, за которые дерутся царедворцы, и которые они ищут, роясь в тех же треклятых мешках, в конечном счете, тоже оказываются барахлом, которое не заберешь на тот свет, и которое не дает счастья на этом. И надо признаться, впечатление от использования на сцене этого простого реквизита – черного пластикового мешка – достаточно сильное. Облепленное им лицо человека в мучительной попытке вздохнуть вызывает ощущение нехватки воздуха и у зрителя в зале.
Нет, не ищите здесь «потрясения», «катарсиса» - ну, по крайней мере, в том понимании, какое мы обычно вкладываем в эти понятия. «Макбет» - это вообще какая-то… тягучая пьеса. И если не делать упора на демонической натуре леди Макбет (а здесь он не сделан), то главное здесь – именно призрачные попытки Макбета вздохнуть, расправить крылья, сделать нечто такое, к чему, как ему кажется, он призван, сделать лучше, чем кто бы то ни было, сделать так, как никто еще никогда… Но это морок, морок, морок. Обман. И в клубящемся мраке не хватает лучика света и глотка воздуха.
Вот, кстати, о том, кто же кого обманул, и куда делись ведьмы. Собственно, ведьмы-то как таковые не важны. Они в известном смысле были «громкой заманухой», ярким сценическим эффектом для простодушных зрителей в театре «Глобус». Впечатлений, которые вызывало у людей появление «ведьм» на тогдашней сцене, мы даже не можем себе представить. С этим не сравнятся никакие наши 3-D ухищрения. А впечатления зрителей – «касса», и Шекспир это понимал. На самом же деле важно, что был обман как таковой – всё равно, откуда он исходил: от ведьм, от призрака, от собственного подсознания. И в том-то и дело, что это подсознание играет с Макбетом злую шутку: видение любимого умершего ребенка, заведомо безгрешного, сообщает обольстительные вещи. Но ребенок же не может лгать, любимая дочь не может?.. Так как же сказанному не быть правдой?.. Так происходит самообольщение Макбета. Не дьявол его обманул. Он обманул сам себя. Потому что да, видимо, в подсознании жила мысль о том, что надо что-то срочно менять в этом сонном королевстве с добродушным рохлей-королем во главе. Он безобиден, явно не зол, но и столь же явно недалек, и на самом деле ничем не правит. И вот эта фигура стоит во главе страны, которую под шумок растаскивают?.. Тогда как он, Макбет, мог бы… И вот теперь – разве это не знамение свыше – на краю гибели узнать (не от кого-нибудь – от дочери!), что его ждет совсем другая судьба?!
А король – яркая роль Владимира Яворского – да, «добряк», не замечающий, какой змеиный клубок придворных его окружает. Но при этом, похоже, как Король из «Обыкновенного чуда», может по прихоти кого-то наградить, кого-то – а чёрт его знает? – может, и отравить, просто в пьесу не вошло; хлопнуть по заднице жену своего вассала – ну а что, он же дружески и имеет право; выбрать шута среди придворных – не шута по должности, а именно вот такого: хочу, чтоб ты меня потешал… А государство-то, государство? С ним что будет?!
Но убить… Такое злодейство… А если призрак не солгал?.. И в тишине домашней купальни, где жена смывает следы крови, грязи и копоти, снимает присохшие кровавые бинты с Макбета, вместе с ее вкрадчивым шепотом в его душу теперь уже окончательно проникает яд, которому он сам позволил проникнуть.
Леди Макбет – Настасья Самбурская – которую на сей раз не сделали «ответственной за всё» и не отдали первую роль ей (нередко именно леди Макбет – главный персонаж в спектакле) – как-то весьма смиренно и достойно заняла свое место в постановке Антона Яковлева. Она оказалась женщиной, именно по-женски испугавшейся того, что было сделано, – не пожалевшей, нет, но испугавшейся, и в итоге утратившей рассудок. Она ответит за себя, за свои мысли, желания и поступки, но не за Макбета.
Макбет же показался мне очень растерянным (было ли так задумано?) в сценах, предшествующих убийству Дункана, и в сценах сразу после – настолько, что я подумала: ну где же он возьмет силу, все-таки необходимую для того, чтобы совершить всё задуманное? Мне не верилось, что этот Макбет станет тираном. Откуда вдруг появится у него «тиранская» мощь? Такой преступник, даже совершив злодеяние, как бы не явился с повинной «писать чистосердечное». Так мне подумалось. Но по мере развития событий в нем эта мощь росла. Может быть, и впрямь в ней было уже что-то дьявольское. Или – это мощь человека, которому с каждым шагом всё меньше и меньше остается, что терять. Даже скорее всего, так.
Я не очень поняла, «какой» все-таки, по мысли авторов спектакля, колоритный внешне и зрительно запоминающийся Банко (Александр Голубков). Только ли жертва, или?..
Вообще, на меня вторая половина спектакля произвела большее впечатление, чем первая – может быть, потому, что актеры как-то уже окончательно «освоились», осмелели и сработались.
И вот еще что… А может быть, призрак и действительно не солгал? А если это, по крайней мере, в первый раз, и впрямь была умершая дочь Макбета, и она говорила отцу правду, чтобы удержать от самоубийства? Только всё сказанное сбывалось бы постепенно, с естественным течением событий, без его вмешательства. Но, желая всё и сразу, слишком долго подспудно ждавший и желавший Макбет ждать дольше уже не в силах.
Отчаяние порождало в нем мощь, такую немыслимую, когда кажется – уже всё, край, откуда силы-то берутся? А ведь действительно – всё, и край. Макбет снова пуст, как после той войны, где он был победителем. Только на этот раз призрак дочери, явившийся ему, молчит. И, значит, это конец. Перейдены все мыслимые и немыслимые границы.
Даниил, оказывается, настоящий трагик. Правда. Кроме силы чувства – отличная сценическая речь. А что до глубины… Собственно, а кто заставил меня, зрительницу, задуматься обо всём, что я пытаюсь сейчас осмыслить, и мне интересно это делать?..
Из спектакля исключена сцена убийства семьи Макдуфа. Не знаю, по какой причине так было решено, и не берусь судить, правильно ли это. Это могла бы быть еще одна сильная сцена. Но, во всяком случае, суть от этого не изменилась. И Макдуф – Илья Антоненко – сыграл трагедию потери семьи, восполнив не увиденное зрителями. Макбет и Макдуф, сошедшиеся в последней схватке, стОят друг друга. Может быть, сложись всё так, как должно бы, именно Макдуф и Макбет были бы друзьями.
…Да, возможно, Макбет, как всякий настоящий, и притом талантливый тиран – романтик. Но у Шекспира романтикам нет места в неромантическом мире. По крайней мере, слишком долго они там не удерживаются, ни «хорошие», ни «плохие». Либо… Макбету всё же не хватает чего-то окончательного, чтобы стать настоящим тираном?
С грохотом падают цепи, ряд за рядом – может быть, это рушащаяся душа Макбета, а может быть, цепи, державшие ее, усталую, на земле?..
А кто же пришел ему на смену? Малькольм, сын Дункана. Не меняя ни слова в пьесе, меняя лишь интонацию, актеры и режиссер дают нам ясно понять, что пришел человек не только недостойный, не только будущий тиран, но еще и мелкий лично – несравнимо с Макбетом. Пришел, так же не гнушаясь ничем, используя горе и порядочность Макдуфа. Так что, «пострадавшие», по большей части, вовсе не невинные жертвы. И всё продолжается, «как при батюшке»: серая вереница придворных, те же восхваления, те же шутки, тот же шут… Но допустим даже, Малькольм был бы «хорошим». Трагедия не в этом…
Свергающий тирана становится тираном, и эта порочная цепь не прервана до сих пор.
Вот теперь, Анита, именно после написанного тобой мне действительно, почти непреодолимо захотелось посмотреть этого "Макбета", потому что стало очень интересно. Единственное, что настораживает и даже пугает, так это то, что
Анита wrote:Это тяжело... На этом спектакле даже всласть не поплачешь над участью героя. Давящая атмосфера не дает этой возможности... А кто же хочет погружаться в стихию морока и мрака?.. И уж если мрак – то в нем нет места для облегчающего всхлипа, он давит...И надо признаться, впечатление от использования на сцене этого простого реквизита – черного пластикового мешка – достаточно сильное. Облепленное им лицо человека в мучительной попытке вздохнуть вызывает ощущение нехватки воздуха и у зрителя в зале.
А я человек впечатлительный, эмоциональный. И если бы в этом спектакле не был занят Даниил Александрович, то и мысли пойти и посмотреть у меня даже не возникло бы - ограничилась бы чтением пьесы.
Анита wrote:Из спектакля исключена сцена убийства семьи Макдуфа. Не знаю, по какой причине так было решено, и не берусь судить, правильно ли это. Это могла бы быть еще одна сильная сцена.
Могу предположить, что это было сделано для того, чтобы не усугублять еще больше и без того сильные негативные(депрессивные) эмоции зрителя, чтобы не получилось перебора. Эту сцену даже читать жутко. Может быть в том числе и из-за сокращения этой сильной сцены уменьшили длительность спектакля?
Анита wrote:Я не очень поняла, «какой» все-таки, по мысли авторов спектакля, колоритный внешне и зрительно запоминающийся Банко (Александр Голубков). Только ли жертва, или?..
Или кто, Анита? Провокатор? Тоже злодей? Какая роль отведена герою в этом спектакле? Ты об этом пишешь, когда говоришь, что не поняла? Или о чём-то другом?
Анита wrote:Даниил, оказывается, настоящий трагик.
Никогда в этом не сомневалась. И поэтому было обидно, что у артиста на протяжении длительного времени не было возможности это продемонстрировать зрителю. Теперь такая роль появилась. И очень хочется успеть увидеть спектакль (и Даниила в этой роли, конечно) хотя бы один раз. Поэтому долгих ему лет! И буду надеяться, что Тюмень наконец-то будет включена в гастрольный график Театра на Малой Бронной. Потому что теперь уже даже надежды не осталось на то, чтобы увидеть этот спектакль (да и любой другой) в Москве.
: Шекспир - это "стейк с кровью", а не "пирожное безе" , а его вечная актуальность обусловлена его снайперским попаданием в "архетипические мотивы". имхо